Читай. Смотри. Слушай:

Политический кризис в КР: решения и прогнозы

События в Кыргызстане приковали к себе внимание большинства стран. На сегодняшний день в стране выбран премьер-министр – Садыр Жапаров и он представил депутатам и общественности свой кабинет министров. В списке оказались практически все те же чиновники, что и были при предшественнике Жапарова – Кубатбеке Боронове.
Мы провели аналитическое интервью с доктором политических наук, доцентом Азаматом Темиркуловым и политологом и главой Евразийского аналитического клуба Никитой Мендковичем. Предлагаем вам фрагмент беседы.




- Можно ли как-то классифицировать то, что произошло в Кыргызстане? Это переворот или революция?

А.Т.: Мне кажется, это беззаконие в первую очередь. Мы выпали из правового поля. Отсутствовало правительство и некоторые люди, будем считать их политическими лидерами, провозглашали себя премьер-министрами. Идет борьба за власть. Но что это: переворот или революция - это большой вопрос. Говорить, что это революция я никак не могу. Чтобы считать это революцией, надо время. Если все это приведет к хорошим результатам, и общество продвинется вперед, то через 10 лет можно будет считать эти события революцией. Мы переживали это и в 2005 и в 2010 году. Мы называли это "революцией тюльпанов", но, на самом деле это были не революции, а перевороты. Мы наступаем на те же грабли, у нас все то же семейно-клановое правление. Сменяются только лица и имена, но суть остается прежней. Поэтому я не тороплюсь давать этому определение. 

- Как вы считаете, что должно произойти в стране, чтобы Россия сменила позицию наблюдателя и вмешалась во внутренние дела Кыргызстана? Насколько это вообще возможно?

Н.М.: Россия неоднократно озвучивала, что она не будет вмешиваться во внутриполитическую жизнь Кыргызстана. Россия не заинтересована во взятии на себя ответственности за конкретного народного избранника. Кыргызстан не стал жертвой внешнего агрессора, соответственно отправка войск сюда несвоевременна. И какой-то гуманитарной катастрофы здесь пока нет. Нет и ситуации, которая была в 2010 году, когда в КР произошел межэтнический конфликт. Единственное, что может предложить сейчас Москва – создать переговорную площадку и посадить стороны за стол переговоров. Еще Москва может гарантировать всем участникам безопасность и нейтралитет. Как вариант, можно было бы и на нейтральной площадке провести заседание депутатов. Мне больно наблюдать за тем, что творится в Кыргызстане. Фактически у страны украдено несколько лет в развитии экономики и других сфер. Я боюсь, затраты и потери от этого перекрывают возможные выгоды. Я очень беспокоюсь за Кыргызстан.

- Как вы думаете, что будет с внешней политикой и с кыргызско-российскими отношениями?

Н.М.: Ситуация, честно говоря, очень тяжелая. О глобальных вещах приходится говорить с осторожностью. Достоверно известно, что представитель команды Бабанова одному из ИА России говорил о приверженности к российскому вектору. Кроме того, один из представителей координационного совета заявлял, что гарантируется безопасность базе ОДКБ КАНТ и сохранится сотрудничество с ОДКБ ЕАЭС и ШОС. Хотя скажу честно: участие в событиях на площади людей с небезупречной репутацией, в том числе финансирование и представленность конкретных лиц из-за рубежа вызывает тревогу. А еще я не понимаю, как человек, который еще недавно сидел в тюрьме, и которого пресса называет агентом американской разведки, может претендовать на пост премьера. С другой стороны, сейчас революционные времена, и все быстро меняется. Я надеюсь на быстрое преодоление кризиса и что после него у нас сохранятся все те направления, в которых мы работали. Приведу пример: работа российских учителей в школах Ошской области. Я надеюсь, что на их безопасность события в КР никак не повлияют. Путин подчеркнул, что мы никого не поддерживаем. Мы заинтересованы в мирном разрешении конфликта.

- Очевидно, что будут перевыборы в парламент. Нужно ли нам внести в выборное законодательство поправки для того, чтобы следующее голосование не закончилось выходом на площадь?

А.Т.: Это очень важный вопрос. Если выборы будут проходить по тем же правилам, что и предыдущие, то мы окажемся в той же ситуации. Надо менять правила игры. Не могу согласиться с тем, что надо снижать проходной порог - он сегодня 7 процентов. Предлагают его изменить на 3 процента. Я боюсь, что в таком случае группировки, которые называют себя партиями и не имеют большой поддержки избирателей, но имеют связи с криминалом,  могут оказаться в парламенте. Если сегодня они дестабилизируют обстановку на улицах, то завтра, будучи в парламенте, они могут сойти с ума от власти и там дестабилизировать обстановку. Я считаю, что необходимо отказаться от коммерческой агитации. У нас ее слишком много. В поисках денег политические партии вынуждены прибегать к помощи олигархов, криминальных структур, и поэтому идет такое столкновение. Это не борьба идей, а борьба кошельков. Если сделать упор на дебаты, чтобы кандидаты показали своему народу свой уровень и интеллект, какие у них цели и идеи - вот тогда качество тех людей, которые окажутся в  партиях, повысится. Там бы не собрались те, у кого есть деньги, но нет понимания, как управлять страной.

Н.М.: Я считаю, что мой коллега слишком оптимистичен. Произошедшее никак не изменит правила игры. Все нарушения были и в предыдущие выборы, был подкуп избирателей. Это не новости. Люди говорят, что это единственный способ получить хоть что-то он своего депутата. Дело в том, что на текущий момент подобная система выборной борьбы диктуется именно условиями экономических отношений. Может быть помогут "косметические" изменения, типа снижения порога до 5 процентов. Если брать нынешнюю конфигурацию позиций партий, то такой порог помог бы при пересчете голосов вручную – прошло бы больше партий. Это разрядило бы нынешний кризис. Но нужно не кран менять, как в старом анекдоте про сантехника, а  всю систему. Делать новую прогрессивную экономическую модель, тогда мы сможем о чем-то говорить. Нужны новые люди, не в плане персоналий, а в плане отношения к власти. Нужна жесткость и ответственность перед страной. Если бы действующий глава государства обладал такими качествами, то эти события не произошли бы. Его партия набирала бы 60 процентов голосов, и ему бы доверяли избиратели. Рано или поздно количество ваших усилий перерастет в качество.

А.Т.: Я согласен с коллегой. Наше общество очень политизировано. Если бы мы больше заботились о социальной сфере, об экономике, были бы другие результаты. Но хочу сказать о снижении порога – это расхожее мнение. Мы его в Бишкеке слышали часто. Но я лично не могу с этим согласиться. В других странах, где более однородное общество, где больше социального контроля – это было бы выходом. Но здесь у нас общество неоднородное, действуют различные криминальные структуры. Они присутствуют в политических партиях. Есть даже партии маргинального характера, которые должны быть изолированы от общества. Но эти люди стремятся в политику. Если они окажутся в нашем парламенте, то мы увидим, как такие группы будут "нагибать" слабовольное большинство, продавливать законопроекты и диктовать свои правила жизни.

-Какие предположения насчет Сооробая Шариповича? Что в ближайшее время его ожидает, и что он предпримет?


Н.М.: На мой взгляд, наиболее вероятна сделка: его отречение от должности и выезд за рубеж. Подчеркну, это немаловажный технический вопрос. Как ни посмотри на ситуацию - это его вина, это он допустил такое. Можно говорить, что он не подавил "железной рукой" протесты и фальсификацию на выборах. В любом случае, он глава страны и за все отвечает. Его эмиграция - это лучший вариант. Может быть я скажу некорректную вещь, но подобный уход в темноту - это плохая институция, она снимает ответственность и формирует привычку у граждан - человек побыл у власти и ушел в никуда. Вспомним планы Атамбаева, который в конце своего президентства говорил, что он уедет в Турцию и будет заниматься искусством. Ну заниматься искусством это нормально, но я скажу честно, если бы кто-то из российских политиков такое сказал, это было бы политическим самоубийством. Он не видит перспектив заниматься искусством на родине, он поработал и уходит куда-то в пространство. Мне кажется, что нужно менять отношение к власти. Да, это огромные возможности, но это и громадная ответственность! Без осознания этого, трудно говорить о какой-то революции. С одной стороны Жээнбекова можно похвалить за его приказ не применять оружие. Это привело к сокращению жертв. С другой стороны, его поведение говорит, что он был морально готов уйти в пространство. В этом плане ничего не изменить. Но хотелось бы, чтобы следующий глава Кыргызстана имел другую психологию, чтобы он понимал всю ответственность, и до конца жизни никуда не уходил от нее в моральном плане.

А.Т.: Продолжая слова своего коллеги, я хотел бы сказать: это ответственность не только перед шестью миллионами своих граждан, но и ответственность перед соседями и партнерами. А по поводу вашего вопроса, я думаю, события сейчас просто непредсказуемы и говорить, как сложится судьба Жээнбекова, трудно. 



Читать и обсудить эту статью в:


Поделиться страницей с помощью: